Глухов - гетманская столица. Тысяча лет истории.
http://hlukhiv.com.ua/search/

ГЛУХОВ КОЗАЦКИЙ

 (Просмотров9028 | Комментариев1) Версия для печати
Автор:  

По всей Европе прогремела война украинского народа под предводительством Богдана Хмельницкого. С нее началась новая эпоха - сложная, противоречивая эпоха возрождения украинской государственности. Как отмечает известный историк Орест Субтельный, "восстание, возглавляемое Хмельницким, направлялось против польской и ополяченной знати (шляхты). Это было массовое движение украинских Козаков и крестьян, обусловленное преимущественно социально-экономическими причинами. И его целью, по крайней мере, его низов, была радикальная перестройка общества". Победа под Пилявой, еще одна под Зборовым, наконец, - перемирие, мир... Хмельницкий, вырвав Украину с "лядской неволи", мечтает о великой украинской державе "по Холм и Галич". Но уже назревало Берестечко... "Моя поразка зветься Берестечком" (Лина Костенко), - так мог сказать каждый козак, бравший участие в той страшной битве в июне 1651 года.

После Переяславского соглашения 8 января 1654 г. между Украинской козацкой и Московской державами депутации русских бояр спешат в города и крепости Украины, составляя их описи и, принимая от населения (прежде всего, Козаков) "присягу на верность" царю Алексею Михайловичу. Прибыли они и в Глухов, который был сотенным городом Нежинского полка (в середине XVII в. Украинская козацкая держава в военно-административном отношении разделялась на полки и сотни).

В "Расписных списках Нежинского полка" 1654 г., в частности, отмечено, что сотник города Глухова "приведен к вере" в Нежине, а в самом Глухове "присягали": 2 писаря, 1 есаул, 14 хорунжих, 36 козацких атаманов, 548 Козаков, 4 земских старост, 1 бургомистр, 236 мещан, всего - 842 человека. Учитывая, что в списки не включались женщины, дети, зависимое население, можно сделать вывод, что население Глухова в то время составляло около 4 тысяч человек.

Описание Глухова, составленное русскими представителями по традиционной схеме, выглядит так:

"А город Глухов стоит меж речки Усмани на острову. Около посаду, меж речки, земленой город. На Старосвицком городище сделаны два вала земленых: около тех валов два рва; на том валу надолбы; меж тех валов башен нет. В том земленом городе поставлена церковь древяна во имя Архангела Михаила... Да подле Тою ж земленого города поставлен был Песочинского пана двор на горе, над речкою Усмани; около того двора с трех сторон осыпь земляная; на осыпи поставлен острог дубовой; межи того острога сделаны ворота проезжие; на воротех и глухих наугольных башен меж того острога нет. Около того острога сделан ров, а ров к острогу огорожен бревнами с одной стороны, и подле того острога у земли сделан честик, колья дубовые. Да около слобод того города Глухова на всполье сделан ров для приходу воинских людей".

Оставляя специалистам детальный анализ этого интересного документа (это наиболее старое из известных нам более-менее Полных описаний Глухова), отмечу, что его составители прибыли в город зимой 1654 года. Приближаясь сюда со стороны Кролевца. Который также описали, они увидели укрепления и сооружения Города на фоне покрытой снегом долины замерзшей речки Эсмани, что создавало иллюзию размещения города на острове. В то же время авторы описи четко отличают разделение Глухова на собственно "город" (укрепленное ядро, где стояла деревянная Церковь во имя Архангела Михаила, здания администрации, гарнизона и т.п.), "посад" (жилая и торгово-ремесленная часть) и Пригородные слободы. "Город" и "посад" размещались на древнем "старосвицком" городище. Они были окружены земляными валами и рвами без башен и стен (их заменяли "надолбы" - заостренные деревянные бревна-пали, направленные в сторону возможного нападения).

Более подробно описан двор-замок Песочинского. Он, по мнению некоторых современных исследователей, занимал местное возвышение при впадении в речку Эсмань ручья Нетеча (он же очинок). Двор с трех сторон был окружен невысоким земляным валом - "осыпью", на вершине которого стояли дубовые острожины, башен здесь не было. Внешне двор опоясывался рвом, 'Который с одной стороны был огражден деревянными бревнами, усилен дубовыми кольями - "честиком". Внутрь вели ворота.

Пригородные слободы не имели укреплений. На подступах к ним были устроены межевые и защитные рвы.

Учитывая то обстоятельство, что в Глухове "присягали" четыре земские старосты, возглавлявшие население пригородных слобод, можно сделать вывод, что в то время в Глухове существовало 4 слободы, которые впоследствии стали его предместьями: Веригино (на правом берегу Эсмани), Усовка (в пойме Эсмани и Березы), Белополовка (на левом берегу Эсмани, вверх по ее течению), вероятно, Красная Горка (левый берег Эсмани, вниз по течению).

Значение Глухова - значительного города-крепости на пути из Московского государства в центральную Украину и Киев - хорошо понимали и учитывали в Чигирине, Москве и Варшаве. Глухов быстро вовлекается во все перипетии политической и военной борьбы, которая бушевала в Украине в те времена.

Когда после смерти Богдана Хмельницкого его приемник гетман Иван Выговский начинает борьбу с тяжким засильем и самоуправством московских воевод в Украине, вступает в открытую борьбу с царем, а на козацкой раде в Гадяче в октябре 1658 года провозглашает известные Гадячские пакты, возвращавшие Украину в состав Речи Посполитой на правах автономного Руского княжества, эта борьба охватывает и Глухов.

Из города и его окрестностей восставшие козаки и крестьяне изгоняют царских стрельцов и воеводу. На усмирение непокорных путивльский воевода князь Г. Куракин в 1659 г. посылает отряд в несколько сот стрельцов с приказом "приводить всяких глуховских людей к вере". Однако, восставшие глуховчане всех стрельцов разоружили и, за исключением нескольких предводителей, казнили смертью.

Разброд и смятение среди глуховчан продолжались и во время существования в 1663-1665 гг. отдельного Глуховского полка, выделившегося из Нежинского полка в результате интриг старшин промосковской ориентации. Когда в мае 1663 г. объединенные войска польского короля Яна-Казимира II и украинского правобережного гетмана Павла Тетери переправились через Днепр и вступили в Левобережную Украину, намереваясь возвратить ее в лоно Речи Посполитой, киевский епископ Мефодий сообщил вскоре "государеву тайных дел" дьяку Дементию Шишмакову о том, что в Глухове войт и атаман рассказывали о непостоянстве и шатаниях среди глуховчан относительно возможной борьбы с таким противником.

23 января 1664 года польско-украинское войско во главе с Королем (в него входили козацкие части наказного гетмана Ивана Богуна и полковника Кирила Гуляницкого), заняв перед тем Осетр, Сосницу, Борзну, Короп, Кролевец, подошли к Глухову. В городе остались Черниговский, Стародубский и Нежинский козацкие полки, возглавляемые генеральным судьей Животовским, а также часть русских стрельцов. Вначале глуховчане изъявили намерение сдать город противнику. Однако, переубежденные киевским полковником Василием Дворецким, который оказался в осажденном городе, возвращаясь из Москвы, решили обороняться. Вероятно, в этом сыграл свою роль и, так называемый, "дьявольский план" прославленного сподвижника Богдана Хмельницкого полковника Ивана Богуна, который, по свидетельству современников, став невольным союзником Польского короля, все же решил искоренить польское коронное войско, ослабевшее от длительной военной кампании и суровой зимы во враждебной стране.

Два жестоких штурма глуховской крепости, предпринятые поляками 29 января и 8 февраля, к победе не привели. "Осада города была жестока и продолжительна, - писал автор "Истории Руссов". - Брошено на него до 100000 бомб и гранат, и сделано несколько приступов; но все было тщетно: осажденные частыми вылазками и нападениями на стан польский уничтожили все их предприятия и причинили им великий вред, истребив множество их народа. Наконец, простояв король под городом девять недель, и, не предвидя успеха, снял осаду и отступил от города..."

При этом по доносу гетмана Павла Тетери в глуховском поражении и измене был обвинен Иван Богун. "Я приказал его арестовать с намерением казнить рукой палача, - сообщал в письме к королеве Ян-Казимир, - однако Бог казнил его иначе". Поляки расстреляли Ивана Богуна под Новгородом-Северским 17 февраля 1664 г.

Вскоре украинские козацкие полки правобережного гетмана Ивана Брюховецкого вместе с русскими стрельцами разгромили остатки польского войска у переправы через Десну под Пироговкой. Ян-Казимир, растеряв королевский обоз и казну, с позором бежал в Вильно.

Так окончились притязания Речи Посполитой на Левобережную Украину и Глухов. Однако, их принадлежность к Московскому государству была признана Андрусовским перемирием 1667 г., а затем - "Трактатом о Вечном мире" 1686 г., согласно которому Правобережную Украину отдано под владычество Польского государства, а Левобережную Украину и Киев с окрестностями - Московского. Так "великие" соседи Украины растоптали мечту украинского народа о свободе и независимости.

В 1666 г. в Глухов, как и в другие главные города-крепости Левобережной Украины, в соответствии с соглашением между Московским правительством и гетманом Иваном Брюховецким был введен гарнизон русских войск во главе с воеводой для упреждения "черкасских шатаний и измен". Это вызвало всеобщее роптание и возмущение козаков и жителей города, усилившееся вследствие переписи населения, увеличения денежных и натуральных податей и поборов в пользу царской казны и на содержание русских войск. Глуховский воевода предупреждает Москву об угрожающих "шалостях" среди жителей города.

В начале января 1668 г. волна народного возмущения заставила гетьмана И. Брюховецкого и общую козацкую раду, которая собралась в Гадяче, принять решение о разрыве отношений с Москвой, изгнании с Украины московских воевод и гарнизонов, заключении союзного договора с Турцией.

В марте того же года вспыхнуло восстание глуховчан, которое поддержали запорожские козаки. Восставшие захватили воеводу Кологривого и его помощников и отправили их заложниками к Крымскому хану. Досталось и местным сторонникам воеводы, в частности, глуховскому протопопу Шматковскому, имущество и долговые записи которого были уничтожены.

На усмирение глуховчан вышел с войском путивльский воевода и царский наместник князь Г. Куракин. Однако, подойдя К Глухову, на прямой штурм города не отважился, а, по приказу царя. двинулся покорять Нежин и Чернигов.

Московская дипломатия ловко использует соперничество и разлад среди левобережных и правобережных гетманов, козацкой старшины, запорожских козаков и крестьян. И вот уже в июне 1668 г. под Диканькой правобережный гетман Петр Дорошенко с войском громит войско левобережного гетмана Ивана Брюховецкого, которого чернь забивает насмерть. Знай, мол, царский Друг и раб, как отступать от государевой дружбы и ласки! Петра Дорошенко на козацкой раде провозглашают гетманом обоих второй Днепра.

Однако, он вскоре оставляет войско и возвращается в Минфин, а на сепаратной старшинской раде под Новгородом-( 'сисрским гетманом Украины провозглашают наказного гетмана, черниговского полковника Демьяна Многогрешного.

Царское правительство после некоторых колебаний соглашается с этим выбором, и в марте 1669 г. в Глухове собирается общая козацкая рада, которая в присутствии московских бояр и нойск признает избрание гетманом Левобережной Украины Д. Многогрешного. На раде под давлением московских представителей, - князя Ромодановского, стольника Матвеева, дьяка Богданова, - новому гетману и всей Украине навязываются так называемые 'Тлуховские статьи", которые несколько смягчают положение козацкой Украины, не меняя сути отношений с Москвой. Статьи запрещали гетманскому правительству поддерживать дипломатические отношения с иностранными государствами, устанавливали 30-тысячный козацкий реестр, позволяли гетману содержать небольшое наемное войско (1000 человек), ограничивали право перехода крестьян в козачество, обязывали гетманскую администрацию возвращать русских беглых крестьян прежним владельцам.

Были и "пряники". Украинская козацкая старшина уравнивалась в правах с московским дворянством. Царское правительство, напуганное народными волнениями в Украине, отказывалось от введения на Левобережье московской административной, судебной и налоговой систем (надолго ли?). Одновременно воспрещалось избрание гетмана без царского согласия и указа. Несколько уменьшалось количество царевых воевод и гарнизонов в украинских городах - они сохранялись в Киеве, Переяславе, Нежине, Чернигове, Остре. Гетманская резиденция должна была размещаться в Батурине.

После подписания козацкой старшиной и гетманом "Глуховских статей", участники рады, московские бояре и украинское духовенство (в т.ч. черниговский архиепископ, а вскоре наместник киевского митрополичьего престола Лазарь Баранович) собрались в центре Глухова возле соборной Троицкой церкви, где и состоялось избрание гетманом Д.Многогрешного. Генеральный обозный и полковники вручили избранному гетманскую булаву и другие атрибуты гетманской власти, а царев посланник князь Г. Ромодановский - утвердительную царскую грамоту. В храме состоялось духовное утверждение гетманской присяги на верность русскому царю.

Через сорок лет в Глухове повторилась церемония избрания нового гетмана Украины - на этот раз в присутствии самого царя, Петра I. Однако, в еще более трагических, печальных и мрачных для Украины и ее народа условиях!

Кстати, гетманство Д. Многогрешного закончилось через четыре года его сибирским заточением в Иркутске. Чересчур ревностно, по мнению царя и его советников, пытался он отстаивать урезанные автономные права Украины, утвержденные "Глуховскими статьями". К тому же начал восстанавливать связи с правобережным, "иноземным" гетманом Петром Дорошенко.

Как видим, на протяжении второй половины XVII столетия Глухов не занимает в административно-полковой иерархии козацкой Украины какого-то ведущего места. Но, вероятно, вследствие динамических бурных общественно-политических и военных движений и изменений в Украине, а также благодаря своему местоположению вблизи украинско-русской границы, город часто попадает в эпицентр многих выдающихся событий и потрясений. В таких условиях Глухов то приходит в упадок, то возрождается.

Глуховчанам все время приходилось заниматься укреплением города. На земляных валах Глуховской крепости, значительно разрушенной во время осады войском Яна-Казимира в 1664 г., появились деревянные стены и башни. Однако, в 1685 г. они были уничтожены большим пожаром, о чем в "Черниговской летописи" было записано: "Того ж року в Глухови старий замок згорив августа 13-го".

Одновременно глуховская козацкая старшина, козаки, мещане, ремесленники, купцы значительное внимание и средства уделяют сооружению новых и содержанию в должном состоянии старых церквей, соборов, монастырей в Глухове и его окрестностях. Поначалу культовые сооружения строили из дерева (его в богатом полесском крае было достаточно!), а затем, в меру роста экономического благосостояния и материальных возможностей населения, развития ремесленничества, производства кирпича, извести, стекла, металлообработки, перешли к сооружению каменных храмов.

Как утверждают исследователи, в 1657 г. в Глухове было начато строительство деревянной соборной Троицкой церкви, в 1664 г. она еще не была закончена, а в 1669 г., как уже отмечалось, в храме состоялись церемонии, связанные с избранием гетманом Д. Многогрешного.

В 1663 г. в городе основан Глуховский женский монастырь, который строился на средства знатной шляхтянки Агафии Ефимовны, вдовы литовского дворянина Марка Камбары. Она же под именем преподобной Анастасии стала первой настоятельницей обители. Вначале монастырь именовался Спасо-Преображенским, а впоследствии - Успенско-Преображенским. В 1686 г. гетман Иван Самойлович начал сооружать в монастыре величественный каменный Успенский собор, однако падение гетмана и его ссылка в Сибирь, воспрепятствовали делу. Новый гетман Иван Мазепа на окончание строительства собора передал щедрый дар - 16 тысяч червонцев. На рубеже ХУП-ХУШ веков в монастыре сооружают каменную трапезную Вознесенскую церковь, колокольню и монастырскую стену с воротами и башнями.

Игуменьей Глуховского женского Успенского монастыря продолжительное время была мать гетмана И. Мазепы (в монашестве Мария-Магдалена). Возглавляя Киевский женский Вознесенский монастырь, глуховской обителью она управляла через свою наместницу. Хотя и сама неоднократно посещала Глухов. Часто бывал в Глухове и гетман Иван Мазепа.

В 1692-1695 гг. в Глухове сооружаются два новых каменных храма: Михайловская церковь - "радением Михаила Миклашевского, полковника Стародубского" и Николаевская церковь на главной площади города - коштом глуховского сотника Василия Федоровича и других городских старшин.

Оба храма строил "записной государев каменных дел мастер" Матвей Ефимов, привлеченный к глуховскому строению М. Миклашевским. В контракте на строительство Михайловской церкви, который подписали "пан Матвей Ефимович", полковник М. Миклашевский и глуховский городовой атаман Кондрат Грудяка, оговорено, что эта церковь должна строится "такого же подобия, как и церковь Николая в Стародубе". Действительно, исследователи отмечают подобие обоих храмов.

К слову, этот же мастер Матвей Ефимович со своей артелью построил в 1695-1697 гг. собор Глуховского Петропавловского монастыря коштом козацкой старшины - Сазановича, Жураховского, Туранского и других. Монастырь, расположенный недалеко от Глухова и Путивля, был разрушен в советское время и в период войны.

Все эти храмы сооружены в традициях украинской архитектуры эпохи барокко, когда в каменных строениях воссоздавались формы деревянных церквей.

Возможно, на рубеже ХVII-ХVШ вв. в Глухове вместо деревянной строится каменная Троицкая церковь. В 1715 г. она обрушилась, о чем черниговский полковник Павел Полуботок отметил в своей "Хронике" (вошла в "Дневник" генерального подскарбия Якова Марковича.—Авт.): "В Глухове в месяце марту 13 числа упал верх церкви Святой Троици мурованой, вдень по полудню". Так несчастливо началась история этого многострадального памятника, дошедшая до наших дней.

Следует отметить, что сооружение любого храма, несмотря на общественные почести, славу и известность, которыми окружались его основатели и строители, было делом хлопотным, трудоемким и дорогим. Стоимость возведения каменной церкви измерялась многими тысячами злотых, талеров, дукатов или рублей. Осуществить такое строительство было непросто даже гетману, генеральной старшине, полковникам, городскому патриархату. Поэтому распространенным обычаем являлось вооружение церковных святынь "всем миром", когда к нему привлекались средства и труд рядовых Козаков, мещан, ремесленников, купцов.

Имущественное состояние среднего слоя козацкой старшины, Которая охотно попечительствовала церковному строительству, можно представить по "Тестаменту" (завещанию) глуховского отенного писаря Евстафия Ефимовича, составленному в 1704 г. Правда, здесь завещатель умалчивает о своих церковных хлопотах, но его глуховское имущество, владения и быт представлены довольно полно.

Заботясь о справедливом разделе имущества между своими наследниками, Евстафий Ефимович, во-первых, своей второй жене Уляне, которая жила с ним "три роки статечно и потомка имила" завещал "во вечное владение": "Двор на подварку Веригинском, з хатою, з огородом и овиною. И в том же подварку жита две ями полние... До того ж фолварку и нив пять... в поли веригинском, в том числе една нива з засивом, на которие и купчие ей, жене моей, уручилем. Також двор з хоромним строением у сели Землянци, край церкви, и гай за тим же селом Землянкою, от Паска, землянского, куплений. 3 фант и из дробини разной - кунтушов три, в том числи, еден сукна тонкого, перцевий, лисями подшитий; другий штеметовий, зайцями подбитий; третий китаевий. Полумисков два и талирок дви циновых (оловянных.—Авт.), медень еден, панва една. Коня гнидого з упряжю, з будкою, и санки дощатие. Корову едну з телям, свиню едну з поросятами, сал дви. А на памятку дочери жени моей Марии кунтуш жовтий, приношений. Да той же жени моей - кубок, чарка, финджал и ложку сребрную".

Своей дочери Елене и ее мужу, зятю Родиону, писарь завещал: "Двор в городи Глухови, в котором я сам жил, з хоромним строением и зо всим. Нив дви, купление в поли под Почепчишиним хутором, край шляху Саварковского лежачие, якие тепер отдани людям для засиву сполу... Коня буланого з упряжжю, з будкою санною и ис коляскою. Цини полумисков три, талирок пять, приставка една. Кунтуш тонкий легкий родзинковий. Шабля добрая под сребром. Кунтуш мамсовий, подшитий лисями".

Той же дочери Елене и своей сестре Агрипине, прозываемой Дияконихой, писарь завещал в Глухове по половине коморного места "межи кра'мным рядом будучое", где они должны были из приготовленного дерева построить комору. Той же сестре Дияконихе, сверх означенного, даровано "сеножать над Ловрею, над Рочинкою лежачую, и фляшу циновую". А ее сыну Роману – «вовки,. китаем блакитным покритие, шаблю простую", а также девять коп долга, числящегося на глуховском жителе Григории Калюжном "по котором вольно ему оние денги доправити к себе, на свой же пожиток обернути".

На рубеже ХVII-ХVIII вв. Глухов был достаточно устроенным и уютным городом. Среди деревянной одноэтажной застройки выделялись каменные церкви, колокольни, а также одиночные каменные дома, сооруженные в соответствии с украинскими народными строительными традициями. К слову, свои дворы и усадьбы в Глухове имели гетманы И. Брюховецкий, Д. Многогрешный, И. Самойлович, И. Мазепа, генеральные старшины, многие полковники, в частности, М. Миклашевский. Русский паломник в Святую землю Иван Лукьянов, посетив Глухов в 1703 г., дивился городу: "Строение в нем преузорочное, светлицы хороши, палаты в нем полковника Стародубовского Миклашевского - зело хороши. Ратуша зело хороша и рядов много, соборная церковь хороша очень. Зело лихоманы хохлы затейливы к хоромному строению..."

Отметим, что в русской терминологии слово "палаты" применялось для обозначения каменных жилищ, а "хоромы" - деревянных. Следовательно, в Глухове в начале XVIII в. существовали каменные "палаты" полковника М. Миклашевского. В последующем следы их теряются.

Во второй половине XVII века, Глухов, не смотря на все перипетии правом и самоуправлением, имея цеховую организацию ремесленного производства и торговли, становится значительным центром изготовления оружия, пушек, колоколов, котлов, медной, бронзовой и оловянной посуды, бытовой и художественной керамики, стекла, поташа, извести, кузнечных изделий, тканей, ковров, одежды, вышивки и прочего.

Во времена гетмана Ивана Мазепы Глухов известен как один из ведущих центров производства и хранения артиллерии украинской козацкой державы. Глуховский Артиллерийский двор, размещаясь на юго-восточной околице города возле Путивльской дороги, действовал на протяжении почти всего XVIII в.

В конце XVII - начале XVIII вв. своими изделиями - пушками - особенно прославились глуховские мастера-людвисары отец и сын Иосиф и Карп Балашевичи. Ныне артиллерийские орудия Балашевичей, изготовленные в Глухове, украшают музеи оружия в Москве, Санкт-Петербурге, Варшаве. В те времена орудия войны имели не только сугубо утилитарное назначение, но и рассматривались как произведения литейного искусства - украшались прихотливыми узорами, гербами, символами, надписями-посвящениями, именами заказчиков и изготовителей.

В 1692 г. Иосиф Балашевич изготовил бронзовую пушку для Полтавского полка и полковника Павла Герцика (калибр - 83 мм, длина ствола - 239 см). Орудие украшено гербом П. Герцика в пышном барочном картуше, изысканными орнаментально-растительными узорами, декоративными фигурами и надписями в картушах, которые утверждают: «За щасливого рейментарства ясневельможного и его милости пана Иоанна Мазепы гетмана войск и царского пресветлого величества запорожского старанием его милости пана Павла Семеновича полковника полтавского с товариством. вылита сия армата в Глухове в полк Полтавский року 1692», «Иосиф Тімофеевіч - делатель» (ныне сохраняется в Артиллерийском музее в Санкт-Петербурге).

В том же году Иосиф Балашевич изготовил орудие для полковника Ильи Новицкого (длина ствола 166 см, Варшавский музей оружия); в 1693 г. - пушку для гадячского полковника Павла Бороховича (длина ствола – 195 см, Государственный Эрмитаж в Санкт-Петербурге); в 1697 г. - вновь орудие для Гадячского полка (длина ствола - 244 см, Государственный Эрмитаж).

Наиболее известным произведением Балашевичей стала могучая 50-пудовая пушка-мортира, изготовленная в 1698 г. по заказу гетмана Ивана Мазепы. Она украшена акантовыми и пальметными узорами, гербом гетмана, картушами, декоративными розетками и орнаментами. На лицевой части мортиры помещена надпись: "За царства пресветлейшего и великодержавнейшего государя Малия и Белия Россіи самодержца старанием же и коштом ясновельможного его милости пана Иоанна Мазепи гетмана з Войском Запорозким". На обратной стороне видна надпись: "Лил сей можар Карп Иосифович люд-висар глуховскій року 1698" (Артиллерийский музей в Санкт-Петербурге). Именно эта мортира изображена в графической композиции "Пушкарь времен Ивана Мазепы" в альбоме Д. Яворницкого, С. Васильковского, М. Самокиша "Из украинской старины", изданном в Санкт-Петербурге в 1900 г.

Карп Балашевич на кошт гетмана И. Мазепы в 1705 г. изготовил еще одну большую, богато украшенную пушку (длина ствола - 385 см; Оружейная палата Московского Кремля).

Эти талантливые мастера так же искусно отливали в Глухове церковные колокола. В 1699 г. К. Балашевич по заказу гетмана И. Мазепы изготовил колокол для Домницкого монастыря, на Черниговщине, а в 1700 г. - колокол для церкви Рождества Богородицы на Веригинском предместье Глухова. На "шее" колокола мастер поместил традиционную надпись: "Во иміа Отца и Сина и Святаго Духа аминь. Сооружися звон сей до храму Рождества Свіатія Богородиці Веригинской року 1700 месяца марта коштом и старанием пана Иоана Уласовіча Мороза значного сотні Глуховской", а на "плаще" колокола - свое клеймо с надписью: "Карп Иосифович делатель", в другом клейме-картуше - изображение Богородицы, а по нижнему краю колокола - скромный фриз из множества полукружий.

Эти колокола не раз звучали и во времена великих и радостных торжеств, и в дни скорби и печали. Звучат они в наших душах доныне...


 
Поделиться с друзьями → 


Комментарии:

  • Гость | 10 марта 2010 г. [# :(]

    Мое уточнение. Не к статье в целом, а к деталям. Черниговщина не так давно стала (в средневековье) стала украинской стороной. Исстари она была северянской, Северской Землей или Северской Русью. После того козаки украинского гетмана Сагайдачного учинили геноцид местного населения - севрюков (сиверо, северян), Черниговщина была заселена полищуками, населявшими земли более западные, волынские. Надо здесь уточнить, что украинские козаки, они же черкасы, долго не считали своими коренное население Киевской Руси - сиверо, полищуков и некоторых др. славянские этнические группы, различаясь с ними этническим происхождением. Вот так Черниговщина после физического истребления коренного населения стала украинской. Но, кстати, несмотря на это северяне на Черниговщине не очень значительно есть. Кто-то выжил из них, кто-то переселился с севера.

Добавление комментария
Имя
Комментарий
**текст** - жирным, --текст-- - перечеркнутый, __текст__ - подчеркнутый
 
Вы можете редактировать свой последний комментарий

Введите символы,
изображенные на картинке,
в поле.
Введите символы, изображенные на картинке






Наш сайт участвует в проекте "Города Украины".